…Утро. Капли росы застыли на свежей траве и дрожали под дуновениями ветра, в воздухе по прежнему держался бодрящий запах грозы – хотя тучи отнесло на запад, ближе к морю. В это утро Блеки казалась слегка взволнованной, её покрасневшие от бессонной ночи глаза хлопали длинными ресницами и ошарашено вертелись по орбите – точно она ожидала увидеть за каждым кустом притаившегося врага…Моё вчерашнее волнение, похоже, передалось ей.
- Собирайтесь, нам пора. Видите – тот выступ впереди?
- Тот, который дымится?
- Точно. Нам туда.
- Ну конечно. Вулкан, как я не догадалась…


- Вы кричали во сне... и произнесли имя…
- Какое?
- Илит.
- Это было так давно…

…Илит лежала на белых простынях с лицом, полным блаженства, и смотрела на меня с неприкрытой похотью. Я стоял поодаль, возле узкого башенного окна, выходившего на площадь. Она глядела на меня, а я думал, как сбежать…Она была симпатична, настоящий самородок среди перегноя, но все её иллюзии казались мне жалкими, тщетной попыткой обмануть саму себя. Она жила, пользуясь своими способностями, но жила в заточении, среди умственно отсталых людей, и всякой нечисти, без возможности поговорить, без попытки быть понятой, и я не понимал, почему она была привязана к этому миру, который, словно атавизм, продлевал свой век на безлюдной планете.
  Что радовало, я был богом в эту ночь…
  Через два месяца заточения в башне жизнь показалось мне невыносимой. Меня начало раздражать всё – от её улыбки до безумного интерьера, нелепых статуй которыми так изобиловала башня, причём многие статуэтки и картины были весьма далеки от норм, воспринятыми цивилизованными людьми. Даже знаменитый курильщик Ван - Гог и развратный Маркиз Де Сад ужаснулись бы тому восприятию, с которым звериный народ передавал формы совокупления. Я боялся задать Илит вопрос… ибо знал ответ, видел это в её глазах, в манерах. Но ни её чары, ни эликсиры не могли скрыть от меня её возраста, успешно маскируемого под маской возраста. В конце концов, она начала кусаться – больно, и до крови.
  Я твёрдо решил бежать…

 - И что с ней стало потом?
- Кто знает. Наверное, фанатики ей не простили того, что она меня прозевала.
- И всё-таки вы бежали. Могла и моя сестра бежать?
Я одарил её пристальным взглядом.
- Нет, не могла.

  Дорога шла в гору, щебень летел из-под ног, и иногда приходилось цепляться за отроги из застывшей лавы, чтоб не свалиться вниз. Мне приходилось вырезать ножом ступеньки и карабкаться вверх, к конусообразной вершине, покрытой коркой льда и вечного снега. Туда, где шёл спуск в подземелья, где могла быть её сестра, в чём я сомневался.
  Иной раз нам попадались остатки первобытной культуры, видимо потомков тех фанатиков, живших в подземельях. Блеки с героическим упорством цеплялась за отроги и лезла вверх, всё выше и выше, и когда мы долезли до вершины, были уставшими как собаки…Блеки молча, рухнула в снег, и мне понадобилось перенести её в палатку.
  Заснули мы, свернувшимися калачиком, согревая, друг дружку теплом. Она дышала мне на грудь, и было в этом, что-то прекрасное, идиллистическое, несмотря на стоявшую вокруг метель. 
- Вы мне нужны, Джон, нужны, понимаете?
- Понимаю, мисс Фостер. Засыпайте, завтра будет тяжёлый день.

  Наутро я ушёл, предварительно поцеловав Блеки в щёчку.
  Удачи, Блеки, пусть судьба будет к тебе благосклонна…

...Я достала из рюкзака хлеб, нанизала кусочек на прутик и поднесла к огню. Теплый запах жареного тоста напомнил мне завтраки на терассе. Один латте, один тост с медом...и никаких утренних газет. Пожалуй единственные минуты уединения, когда я могла спокойно поразмышлять о жизни. Еще полчаса на дорогу в офис и работа захватывала меня с головой, унося в круговорот событий, и позволяла опомниться только поздней ночью, когда я без сил падала спать, чтобы завтра бодро проснуться в 6.30 и начать все сначала...

 - Мисс Фостер для вас конверт,- Эллис протянула мне документы. В 10 у вас встреча с комиссаром.

- Хорошо, спасибо, дорогая.

Я распечатала пакет без обратного адреса, датированный сегодняшним днем с моим именем, написаннымпочерком,..о Боже,...Метью.??...

 ...Я рыдала уже полчаса не в силах остановиться. Потеря близкого друга оказалась для меня огромным потрясением. Более того, его смерть означала для меня и потерю всех, с таким трудом нащупанных ниточек, которые помогли бы мне найти след Лидии. Но только сейчас я поняла, что Метью был настоящим профессионалом. Он всегда имел запасной план, на случай осечки. И на этот раз он позаботился обо всех деталях и по жестокой иронии перестраховался даже на случай собственной смерти. Пакет с моим именем был доставлен курьером в офис через неделю после нашей несостоявшейся встречи....

 ...Хлеб высох и упал в огонь, есть все равно перехотелось. Поднимался ветер, нарушая спокойствие ночи, сонные деревья безвольно колыхались, даже не пытаясь сопротивляться. Дым развернулся мне в глаза, и я зажмурилась от внезапной рези. Я старалась не думать о том, что мы уже более 4х дней в пути. И что на сотни километров нет ни единого человека, по крайней мере, из тех, кого в нашем обществе называют людьми.

Ветер выл и с грохотом камней разносился эхом по расщелине. Я слышала шепот в шелесте листьев или это было мое расшатанное воображение. Нащупав камень, я встала и оглянулась по сторонам. Костер освещал лишь малую долю пространства, за пределами которого находился полнейший мрак. Никто не мог сказать, что могло быть тамза пределами различимых в темноте образов. Это чужая запретную территорию и как они относятся к непрошенным гостям я могла судить по размерам сельского кладбища. Где на каждой второй табличке была надпись "missing"..

 Без четверти 5, начинался рассвет, ночь таяла, и страх отступал. Я вскочила от крика Джона и сразу же кинулась к нему.

- Проснитесь Джон, все хорошо.

Похоже, ему снилось что-то ужасное...

…После целой вечности тьмы и напряжённого ожидания я попытался разлепить опухшие веки, хотя это стоило мне титанических усилий. Точно налитый свинцом, я прилип к полу, который, казалось, втягивал меня, точно вентиляционная шахта, не давая шелохнуться. Каждый вдох отдавался болью в рёбрах и стрелял огнём в мозг, и даже когда мои глаза не различили ничего в кромешной тьме, и лишь обонятельные рецепторы сигнализировали о том, в какой я жопе.
Я не мог поверить в происходящее, но реальность не давала опомниться.
Что-то тяжёлое проползло по моему животу и соскочило в районе груди. Наверное, крыса, если не гадость хуже.
Стоп…
Я заснул на прогалине в компании мисс Фостер. Что потом?
Запах. Мне снился запах подземелий.
Не стоило обладать тонким обонянием, чтоб понять, что я нахожусь в выгребных ямах Влоры, куда гадило всё наземное население проклятой страны. Капитан команды неудачников Джонатан Бриджсетт прогадал с запасным и попал в выгребные ямы Влоры.
Ядрить меня в качель…
На этот раз мне удалось чуть приподнять голову, хотя едва, лишь я увидел сбоку остатки того, которого ещё три дня можно было назвать человеком, меня вытошнило всем тем, что ещё хранил желудок. Я несколько раз дёрнулся в позыве, лёжа на груде отбросов, и наконец понял, что у меня хватит сил встать на колени. Я упёрся ладонями в пол и перевёл весть вес на плечи, поднимая поясницу. Как мне казалось, у меня болело всё – видно было, что били долго и со вкусом, но что радовало, все кости были целы. Пододвинул ноги к себе, они были настолько отёкшими, что едва я дал им немного свободы, у меня свело обе лодыжки.
В помещении было темно, не считая иллюминисцирующих грибов, которые давали чуть света, едва столько, чтоб хватило рассмотреть, в какой я дыре. Едва я уяснил себе происходящее, мой мозг лихорадочно стал искать варианты к спасению. Никто даже не представляет себе, на сколько большими могут оказаться мусорные ямы, ведь строивший их архитектор не был никогда известен, ибо всё это было ещё в запредельной древности. Итак, следуя логической цепочке рассуждений, я пришёл к выводу, что пути к спасению всего два: один – через выгребное отверстие в лабиринт подземелий к тёмным Дорийцам, второе – лестница к центру земли, откуда вполне мог быть выход. Я выбрал лестницу вниз…
Когда я пытался встать на ноги, я представился себе земноводным, которое только выбралось на сушу и делало первые шаги в эволюции. Честно говоря, я заново учился ходить, ибо моё тело было настолько одеревеневшим, что попытки переставить ноги казались со стороны настолько нелепыми, настолько это возможно.
Среди груды барахла я разглядел один заинтересовавший меня предмет. Я поднял кость, и покрутил ей в воздухе – заострённая бедренная кость вполне могло подойти за оружие неандертальца. Теперь я с ликованием мог сказать что прошёл новый виток эволюционной цепочки, пройдя долгий путь от земноводного к гордому неандертальцу. Спасибо мисс Фостер за столь прекрасное путешествие…

А я всё вспоминал, продираясь по зловонным тропинкам, заброшенный город на вершине Одинокой Горы, и подземелья под ним, но, не смотря, ни на что, мне хотелось бы снова рассмотреть его гигантские строения с изощрёнными барельефами и колоссальными арками утопающими в облаках, башню циклопических размеров, которая служила библиотекой древнему народу, и алтарь, где они совершал кровавые обряды, чтоб задобрить своих кровожадных богов. И их главная жрица Илит…

Меня вели по нескончаемым переходам и башенным темницам, и по пути я насмотрелся такого, от чего кровь стыла в жилах, и меня возвращала к реальности лишь жесткая плеть полураздетого религиозного фанатика, тело которого походило на бочкообразную субстанцию с щупальцами - отростками, которые с натяжкой можно было назвать руками. Существа намного страшнее и ужаснее на вид шли от меня по бокам и вели за цепи, точно за узды, а неистующий народ который шёл позади меня был пропитан духом покойного Ли

Нью-Йорк, 18 марта, 2 час ночи. я вскочила от внезапного телефонного звонка
- да..
- Блеки, твоя сестра пропала...
Я выронила трубку.
Через 15 мин примчался Метью, мой одноклассник и хороший друг, один из ведущих журналистов мира, руководитель научно-исследовательского департамента БиБиСи.

- Ее группа ушла в горы и не выходила на связь, спасатели прочесали лес и обнаружили лагерь. Но ни одного из членов группы там не было...Все вещи на месте, никаких следов, они просто испарились. Блеки, я подключил все свои связи, мы обязательно найдем ее...

События той ночи полностью изменили мою жизнь, я чувствовала, что моя сестра жива и она отчаянно нуждается в моей помощи. Даже сейчас, спустя 6 месяцев безрезультатных поисков, я не теряла веры найти ее. Я просто не могла остановится хотя и не смогла найти никакой поддержки ни со стороны Археологического коммитета, ни с любой другой стороны. Никто не верил в успех моей затеи, я не смогла достучаться ни до одной из дверей, их закрывали прямо перед моим носом: Министерство, Правительство, телевидение. Они вешали трубку, слыша на другом конце провода мое имя. Газеты писали что я помешалась от горя, и каждый на свой лад выдвигал предположения, что случится с моей империей, окажишь я в психушке...

Я подбросила веток в костер и он разгорелся, облизывая жадными языками пламени, сухое дерево. Джон спал, укрывшись курткой, но я не чувствовала себя в опасности, я знала что у него всегда наготове револьвер. Такие как он умели обращаться с оружием и спокойно могли спать держа палец на курке. Я бы не рискнула его будить поцелуем в щечку - боялась получить пулю в лоб.Странно что этот подозрительный субъект стал моим лотерейным билетом и моим единственным козырем одновременно. Но он достался мне слишком дорого, и я собиралась получить из него всю необходимую мне информацию любой ценой. Я не была уверена, что могу ему доверять, казалось, у него были свои счеты и соображения насчет нашей операции, но у меня не было другого выбора...

- Блек, у меня есть для тебя кое-что. Встретимся в восемь на Парк Авеню...

Я прослушивала сообщение на автоответчике в тридцатый раз, на ходу собираясь и закидывая в сумочку ключи, бумажник..Летела по лестнице, не чувствуя степенек. Метью, мой дорогой друг, откопал таки что-то для меня. Не веря своему счастью, я бросила машину посреди улицы, не утруждаясь поисками парковки.

Парк Авеню, 8:30 ..."a number you are trying to reach is currently unavailable"

Через час я узнала что он убит....

…Впервые за двое суток я позволил своим ногам дать передышку. Они безумно болели, и один Бог знает, как мне было плохо. Единственное, что мне сейчас было нужно – это бутылка старого доброго виски и крепкая сигара. Я растянулся на каремате, из полуоткрытых век следил за неясным отблеском мисс Блеки Фостер, и только в этот момент понял, что она мне нравится, может, своей женственностью и той лёгкостью, с которой переносила тяготы нашего путешествия, а может, во всём виноваты звёзды и свобода, которой я не мог надышаться. Сухие поленья потрескивали и бросали искры, когда Блеки шерудила в них длинным прутиком. Звёзды…
  Я снова закрыл глаза и откинул голову, и мне было так хорошо в безбрежном море колышущей травы и трещащих цикад, что не хотелось думать ни о завтрашнем дне, когда надо будет изображать человека, который ничего не боится и знает маршрут…
  Может, Блеки мне и нравилась, но это не мешало мне её обманывать. Её сестра наверняка была давно убита, и я не видел смысла искать маршрут к тому месту, где кровожадное племя держало пленников. Мы пробирались к границе – за горами должна была быть цивилизация, взлётное поле и корабль, и я надеялся уйти от Блеки с деньгами. Подло, но жизнь ко мне была тоже не милостива.
  Что то прогрохотало в горах, и звонким эхом разнеслось по долине. Блеки подскочила и подошла ко мне – её трясло от страха.
- Что случилось?
- И видела…не могу сказать точно – но видела…
Я прижал её к себе, подавляя призыв её поцеловать.
- Всё хорошо теперь, говори.
Она вздрогнула и шёпотом произнесла:
- В костре, когда раздался гром, я увидело лицо!
- И чьё оно было? – я не мог, не удивится.
- Мне показалось, это было лицо…смерти…
  Было над чем поразмыслить. Мне почему-то сразу вспомнился бог огня Дорийских племён, мерзкий бог которых открывал своё лицо лишь в случае близкой беды. Я не верил ни в одну религию, они казались мне примитивными и построенными на страхах и предрассудках. Моим ручным богами был оружие и деньги, которые творили чудеса при правильном использовании. Как бы то ни было, я проверил свой паралезирущий пистолет фирмы «Borg», которым меня снабдила незабвенная мисс Фостер, скорее не оружие – а пугач, которым можно напугать, ежели отразить атаку.
  В воздухе пахло озоном, возможно, из-за надвигающейся грозы, еловой смолой и на мгновение я уловил до боли знакомый запах – вонь Дорийских подземелий. Это меня заставило встрепенуться, но всё дышало тишью и спокойствием. Мисс Фостер сидела возле огня, зажав голову в коленях, и мечтательно смотрела на пламя. Я опять отогнал ненужные мысли и кинул камушек, попав в разрез в бюзгалтере.
- Всё шутите, Джон?
- Какие там шутки. Хотел попросить – разбуди меня в полночь, а до тех пор побудь на чеку.
Она изобразила нечно вроде оскала и приложила пальцы к виску, как бы отдавая честь.
- Есть, сер!
- Вольно, юнга…- я улыбнулся и зажмурился...
  Мне снились подземелия…

him

Ночь опустила веки и на земле воцарил мрак. Зловещая тишина пугала своей неестественностью, ни единого звука не было слышно, ни единого шороха, как будто-бы лес не простирался по горам на сотни километров, как будто ни одна птица в нем не обитала, ни один зверь. Все притаилось камнем, замерло в напряженном ожидании, заострив слух. Я была уверена что никто не спал и тысячи открытых глаз всматривались в кромешную тьму. ведь неприятель мог подкрастся незаметно. Все те, кто был застан врасплох погибали, каждый кто оказывал им сопротивление, умирал мгновенно, становившись кормом, некоторых они забирали в плен, из которого не возвращался никто. Никто кроме него...
Джонатан Френсис Бриджсетт, 35 лет, ирландец, искатель приключений и авантюрист. Я изучила его досье вдоль и поперек. Его детсво, карту прививок, школьные оценки, характеристики учителей, а так же досье всех людей с которыми он когда либо общался или имел хоть какую нибудь связь. Я знала 90% информации о нем, но в большей степени меня интересовали лишь остальные 10. Прячась от кредиторов, он ушел в горы и числился пропавшим без вести, забытый всеми и вычеркнутый из жизни. Через три месяца его обнаружили в местном баре и сразу же арестовали за прошлые "грехи": экономические махинации и торговлю оружием...
Официальные власти не признавали существования каких-либо поселений в горных районах. Все необъяснимые убийства и пропажи людей списывали на несчастные случаи или нападения диких зверей. Я была, пожалуй, единственной кто пытался выяснить хоть что-то...
Я примчалась первым же рейсом в эту дыру. Он был моей единственной зацепкой в деле к которому я готовилась 6 месяцев. Одного лишь его взгляда было достаточно чтобы понять - он знает где их искать. Я внесла залог и предложила ему большие деньги, за то чтобы он стал моим проводником и показал нужный путь. Ведь никакие деньги имеют значение когда речь идет о жизни моей сестры...

Adventurers

…Она подошла тихо, незаметно, тронула меня за плечо, и я вздрогнул. Я не расслышал её шагов, быть может, очарованный красотой рассвета.
- ты их видел?
- я не мог их не видеть.
- и что ты думаешь по этому поводу?
Я не стал отвечать. Зачем? Лишь поднялся на ноги и кинул ей в руки набитый рюкзак.
- ты когда-нибудь, научишься разговаривать? – её лицо побагровело от гнева.
- наверное, никогда…
 Ей пришлось следовать за мной по протоптанной неведомо кем дорожке. Мне хотелось подальше уйти от того места, где мы видели сотни распятых тел и тучи грифов. Прочь от проклятого места.
  Гравий хрустел под ногами, а безмолвный гранит нависал над нами с угрожающей молчаливостью. Наверное, это была звериная тропа, и мне не хотелось думать, что это было, могло быть не так. Живущее в горах племя передавало из поколения в поколение легенды о потомках, спускающихся с небес богов, которые забирали людей в запредельную тьму... Где, правда, а где вымысел – я не знал, но мысли о тех существах меня пугали всё больше. Моя спутница грохотала рюкзаком и пыталась не отставать от меня, но это у неё получалось всё хуже.
  Очень скоро мы подошли к тому месту, где край тропинки уходил в обрыв. Я попытался не смотреть вниз – но это не получалось. Я взял её за руку и сделал шаг вперёд.
- Есть другой путь? 
- Очень сомневаюсь.
- Тогда мы должны здесь пройти.
Спутница сделала несколько шагов, цепляясь за скалы раздутым рюкзаком. Казалось, она вот-вот упадёт.
Неожиданная мысль пришла мне в голову.
- Дай сюда рюкзак.
  Я не удивился, когда увидел в сумке шампунь, мыло, косметичку и прочую белиберду.
Рюкзак на мгновение завис над пропастью, затем исчез в расщелине.
- Знаешь, ты образцовый сукин сын – сказала она холодно.
Я лишь рассмеялся…

the escape

...небо все темнело, разрываясь от грохота искрами, не в силах устоять перед надвигающейся грозой. Ветер сгонял тяжелые тучи в густой ком, поднимал столбы пыли до рези в глазах, трещал сухими ветками, безжалостно гнул к земле молодой сосняк. Лес сопротивлялся, закрывая землю еловыми рукавами, вытягивал спины струной, впивался корнями в камень, стонал и скрипел... Небо разлилось - и тяжелые капли падали на мои плечи обжигая, разбившись, стекали по рукам, смывая пыль бездорожья. Я подставила дождю лицо, чувствуя на раскаленных от солнца щеках беспомощность перед стихией, беззвучно открывала рот, то ли, глотая долгожданную влагу, то ли, умоляя о спасении. В миг слабости в голове промелькнула предательская мысль отдаться на милость судьбе и прекратить это безумие. Нет, останавливаться нельзя....Дождь бурлил сплошным потоком, сремящимся с неба, с гор, с деревьев, заливая глаза, натирая плечи рюкзаком. Мы пробирались сквозь его непроходную стену практически на ощупь, отворачаваясь от ветра, цепляясь за горячие скользкие камни руками...Это явь или сон на грани помешательства? Чувства страха давно уже нет, адреналин звенит в ушах.
Вперед! Дождь смоет следы...

the beginning

...расправив гордо плечи, я вдохнул полной грудью и выставил вперёд руки. Солнце - красный жук - гневно плевалось на землю огненными струями, заполоняя воздух густым жарким паром. Тишина запалоняла землю, и стук сердца звучал как колокольный звон...Земля стонала под моей тяжестью...Я сделал шаг вперёд, шаг над пропастью, и в тот же миг тело моё стало невесомо, легко. Гуттоперчивые руки размахивали в воздухе, и вместе с порывом влажного ветра до меня донёсся страшный хохот. Я кувыркался в воздухе, набирая скорость, и перед мной вставали вереницы образов, милые моему сердцу лица, знакомые глаза и улыбки, взгляды и сквозь отражение собственной тени я падал в центр к неминуемо тянущей меня земли. Вереницы образов сменялись один за другим. Они шуршали как листья, прошлое, будущее, настоящее, всё смешалось у меня перед глазами, и когда земля поднялась и жаждала раздавить меня своей тяжестью, я крикнул, и эхо моего возгласа раздалось подобно грому среди скал. "Нет! Нет! Нет" - вторило эхо, и время пошло вспять...Я стоял на вершине конусообразной скалы, и мрачные облака разбивались о острые пики скал. Солнце скрылась в густых облаках, и свинцовая громада наползала на последний бастион. "Да будет дождь" - подумал я, и исчез в наползавшей темноте...