…После целой вечности тьмы и напряжённого ожидания я попытался разлепить опухшие веки, хотя это стоило мне титанических усилий. Точно налитый свинцом, я прилип к полу, который, казалось, втягивал меня, точно вентиляционная шахта, не давая шелохнуться. Каждый вдох отдавался болью в рёбрах и стрелял огнём в мозг, и даже когда мои глаза не различили ничего в кромешной тьме, и лишь обонятельные рецепторы сигнализировали о том, в какой я жопе.
Я не мог поверить в происходящее, но реальность не давала опомниться.
Что-то тяжёлое проползло по моему животу и соскочило в районе груди. Наверное, крыса, если не гадость хуже.
Стоп…
Я заснул на прогалине в компании мисс Фостер. Что потом?
Запах. Мне снился запах подземелий.
Не стоило обладать тонким обонянием, чтоб понять, что я нахожусь в выгребных ямах Влоры, куда гадило всё наземное население проклятой страны. Капитан команды неудачников Джонатан Бриджсетт прогадал с запасным и попал в выгребные ямы Влоры.
Ядрить меня в качель…
На этот раз мне удалось чуть приподнять голову, хотя едва, лишь я увидел сбоку остатки того, которого ещё три дня можно было назвать человеком, меня вытошнило всем тем, что ещё хранил желудок. Я несколько раз дёрнулся в позыве, лёжа на груде отбросов, и наконец понял, что у меня хватит сил встать на колени. Я упёрся ладонями в пол и перевёл весть вес на плечи, поднимая поясницу. Как мне казалось, у меня болело всё – видно было, что били долго и со вкусом, но что радовало, все кости были целы. Пододвинул ноги к себе, они были настолько отёкшими, что едва я дал им немного свободы, у меня свело обе лодыжки.
В помещении было темно, не считая иллюминисцирующих грибов, которые давали чуть света, едва столько, чтоб хватило рассмотреть, в какой я дыре. Едва я уяснил себе происходящее, мой мозг лихорадочно стал искать варианты к спасению. Никто даже не представляет себе, на сколько большими могут оказаться мусорные ямы, ведь строивший их архитектор не был никогда известен, ибо всё это было ещё в запредельной древности. Итак, следуя логической цепочке рассуждений, я пришёл к выводу, что пути к спасению всего два: один – через выгребное отверстие в лабиринт подземелий к тёмным Дорийцам, второе – лестница к центру земли, откуда вполне мог быть выход. Я выбрал лестницу вниз…
Когда я пытался встать на ноги, я представился себе земноводным, которое только выбралось на сушу и делало первые шаги в эволюции. Честно говоря, я заново учился ходить, ибо моё тело было настолько одеревеневшим, что попытки переставить ноги казались со стороны настолько нелепыми, настолько это возможно.
Среди груды барахла я разглядел один заинтересовавший меня предмет. Я поднял кость, и покрутил ей в воздухе – заострённая бедренная кость вполне могло подойти за оружие неандертальца. Теперь я с ликованием мог сказать что прошёл новый виток эволюционной цепочки, пройдя долгий путь от земноводного к гордому неандертальцу. Спасибо мисс Фостер за столь прекрасное путешествие…

А я всё вспоминал, продираясь по зловонным тропинкам, заброшенный город на вершине Одинокой Горы, и подземелья под ним, но, не смотря, ни на что, мне хотелось бы снова рассмотреть его гигантские строения с изощрёнными барельефами и колоссальными арками утопающими в облаках, башню циклопических размеров, которая служила библиотекой древнему народу, и алтарь, где они совершал кровавые обряды, чтоб задобрить своих кровожадных богов. И их главная жрица Илит…

Меня вели по нескончаемым переходам и башенным темницам, и по пути я насмотрелся такого, от чего кровь стыла в жилах, и меня возвращала к реальности лишь жесткая плеть полураздетого религиозного фанатика, тело которого походило на бочкообразную субстанцию с щупальцами - отростками, которые с натяжкой можно было назвать руками. Существа намного страшнее и ужаснее на вид шли от меня по бокам и вели за цепи, точно за узды, а неистующий народ который шёл позади меня был пропитан духом покойного Ли